Sulerin
Российское потреотическое аниме "Первый отряд"
http://www.gazeta.ru/culture/2009/06/22/a_3214200.shtml

"1942 год. Россия – единственная страна, которой удается противостоять нашествию нацистских захватчиков. Параллельно с боевыми действиями между регулярными армиями разворачивается скрытая от непосвященных война двух секретных оккультных служб, двух специальных военных ведомств – немецкого «Аненербе» и русского 6-го отдела военной разведки. На вооружении этих подразделений не танки и самолеты, а законы магии и волшебства. Древнее заклинание позволяет магам «Аненербе» вызвать из царства мертвых дух великого магистра ордена Меча крестоносца барона фон Вольфа, павшего 700 лет назад в ходе Ледового побоища. Начальник разведки генерал Белов решает подключить к операции по противодействию одного из своих самых одаренных агентов – 14-летнюю девочку Надю. Под знамена барона собирается армия демонов – злобных обитателей загробного мира. Надя вызывает из потустороннего мира своих погибших друзей – пионеров-героев, казненных фашистами в самом начале войны."

Живописная картинка, верно?

А вот отрывки из интервью с авторами всего этого:

" – Ваш фильм вызывает большие споры. Ну еще бы – в фильме намешаны пионеры-герои и японские катаны, позиционные бои Великой Отечественной и локатор возмущений в загробном мире, православный монах бьется на посохе, а участники Ледового побоища всплывают со дна озера восставшими демонами. Одни считают вас сумасшедшими укурками, другие – расчетливыми дельцами, намерившимися срубить капусты на святой теме. Поэтому начнем сразу с главного вопроса – этот проект возник от сердца или от головы?
– От сердца, конечно. От ума можно было и более ликвидный проект придумать. Мы же с этой идеей ходили годами, и все крутили пальцами у виска, причем и в Европе, и в Японии, и в России.
... – Но тем не менее вы намешали в фильм какую-то просто дикую эклектику. Чего стоит эпизод, когда главной героине, пионерке Наде, говорят, что в шкафчике она найдет все, что ей потребуется на предстоящей операции, она распахивает дверь – и видит там японский меч, плюшевого мишку и пионерский галстук. Это эклектика – она делалась осознанно?
– Абсолютно. Нам, как художникам, очень важно было намешать этот коктейль из нашего прошлого, родного дорогого, и всего этого. Галстук с мечом в шкафчике – в этом кадре весь смысл фильма.
... – И все-таки – какой аудитории вы адресуетесь? Создается впечатление, что вы снимали фильм как раз для нового поколения, чтобы донести для молодежи истории о войне средствами, к которым они привыкли, которые воспринимают. С другой стороны, у вас в фильме множество реалий, которые считают только тридцатилетние и старше. К примеру, что соратники Нади по первому отряду названы именами четырех пионеров – героев Советского Союза: Марат, Леня, Валя и Зина.
– Ну и прекрасно. Пусть в фильме будут спрятаны "пасхальные яйца", как это называется в компьютерных игрушках.
– Но ведь сорокалетние не ходят в кино?
– Пойдут. Я и сам пойду.
– А пропагандистский контекст в фильм внесен сознательно?
– Это было очень важно, это корень всего проекта.
– То есть вы намеренно остались в рамках советской пропагандистской легенды о пионерах-героях? У вас ведь абсолютный советский канон, в фильме нет ничего, о чем не говорилось бы в советское время…
– Ну кроме такой мелочи, как путешествие в загробный мир.
– Но все-таки – время ведь было не самое простое, и сейчас мы о нем узнали несколько больше, чем в советские времена. Вы сознательно игнорировали это знание?
– Абсолютно намеренно. Наша задача никак не была связана с оценкой политических феноменов того или иного толка. Мы действовали в эстетическом пространстве. Мы не хотели присоединиться к хору голосов, обсуждающих эту тему, а хотели говорить о реальном героизме, который абсолютно не становится хуже или лучше от контекста, в котором он проявился. Идеологический конструкт – советское – это атмосфера нашего детства, источник нашего вдохновения. Понимаете, Сталина, репрессии и штрафбаты мы бойкотировали не по политическим, а по эстетическим причинам. Здесь, в этом конкретном фильме – этого не надо. Мы не монографию писали, мы делали художественное произведение, и определенная степень чистоты была нам необходима.
– Напоследок из шкурных соображений задам вопрос, вокруг которого иначе было бы сломано немало копий поклонниками вашего фильма. Надя вытащила своих убитых товарищей из загробного мира ненадолго или навсегда? Останутся ли они в реальном мире или вернутся обратно в советский лимб на потустороннем ВДНХ?
– Вернутся, конечно. Они появились разрулить проблемы, которые возникли в "момент истины", а так они припаркованы в потустороннем мире. Но потом, не сомневайтесь, их вызовут снова."